Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Красная площадь

Кем были 28 панфиловцев?


Утром 18 октября 1941 года противник силами до двух рот пехоты с 25-ю танками начал атаку высоты 233.6. Оборонявший эту высоту второй взвод, которым командовал мл. лейтенант Джура (Жура) Ширматов (в наградном листе о награждении орденом Красного Знамени его фамилия указана, как – Шерпатов), пропустил пехоту противника до 200 метров и начал расстреливать ее внезапным огнем. Гитлеровцы не выдержали огневого удара и, потеряв несколько десятков солдат убитыми, начали быстро отступать к своим танкам, двигавшимся несколько позади. В это время танки 21-й советской танковой бригады, находившиеся в засаде в лесу восточнее высоты, внезапным огнем подожгли шесть фашистских танков, что еще более усугубило растерянность и панику в рядах наступавшего противника. Таким образом, первая атака была отбита.

Но, вскоре враг повторил атаку, получив подкрепление в живой силе и технике. Завязались ожесточенные бои. В разгар боя свыше двух десятков фашистских танков на максимальных скоростях прорвались на высоту, где уже сосредоточилась вся 4-я рота, и начали продвигаться в сторону деревень Княжево и Игнатково. Бойцы роты, уже не имевшие к этому времени подручных противотанковых средств, вынуждены были, укрывшись в окопах, пропустить их через себя. Завязался многочасовой бой в полном окружении с отсеченной от танков вражеской пехотой. Только когда стали подходить к концу боеприпасы, понесшая огромные потери 4-я рота вынуждена была оставить высоту и пробиваться к своим. Вышло из окружения 30 человек, считая Ширматова (Шерпатова) и политрука Клочкова.

Но, пока рота выходила из окружения, ее посчитали полностью погибшей. Поэтому в полку была сформирована новая 4-я рота, из прибывшего пополнения, под командованием капитана (в то время еще ст. лейтенанта) П.М.Гундиловича. Когда же из окружения вышли остатки «старой» роты, как бы временно возникло две 4-х. Очевидно, поэтому остатки «старой» роты были сведены во 2-й взвод под команду мл. лейт. Джуры Ширматова (Шерпатова).

Таким образом, становится вполне очевидным, что этот «сводный» взвод бывшей «старой» 4-й роты и является будущей знаменитой группой истребителей танков, больше известными как - 28 гвардейцев-панфиловцев.

Политрук Василий Клочков в состав взвода не вошел, так как являлся политруком роты. Не вошел и его связной Даниил Кожубергенов. Таким образом, взвод насчитывал 28 человек, считая с его командиром. Сам Джура Щирматов (Шерпатов) в бое 16-го ноября не участвовал, так как за день до этого был ранен и отправлен в госпиталь (по другим сведениям он погиб). Взвод возглавил помкомвзвода сержант Иван Добробабин (следствие называло его командиром отделения. По утверждению доктора исторических наук, профессора Казахского университета имени аль-Фараби Лайлы Ахметовой, после ранения Ширматова-Шерпатова, взвод первоначально возглавил ст.сержант Митин, но он погиб в самом начале боя). Итого взвод был неполного состава – 27 человек. Если прибавить к ним политрука Клочкова и его связника Кожубергенова и отнять струсившего и застреленного своими бойца, то получим окончательное количество участников боя – 28!

Иными словами, это был опытный, прошедший в буквальном смысле огонь и воду, сумевший выжить в октябрьской мясорубке взвод бойцов. Поэтому, неудивительно, что командование решило сделать из него группу истребителей танков. Наверное, еще и потому, что этот взвод по своему количественному составу был неполный, да еще остался под командованием сержанта. Более того, его выдвинули в так называемое боевое охранение, то есть на определенное удаление от своего переднего края.

Весь высокий смысл подвига этой группы истребителей танков заключается не в том, что они уничтожили 18 или 25 вражеских танков, а в том, что, оказавшись на острие главного удара танковой армады врага, задержали эту армаду на целых четыре часа, уничтожив при этом большое количество бронированных машин!

Несмотря на то, что враг все-таки смял оборону левого фланга 1075-го полка, благодаря героическому сопротивлению 28-ми, а также некоторых других опорных пунктов сопротивления 2-го батальона, ему не удалось пройтись по тылам 316-й дивизии, окружить ее и, выйдя на Волоколамское шоссе, обрушиться большой танковой массой на слабо защищенную с этого направления Москву.

Когда определилось направление главного удара врага, и группа истребителей танков из 28 панфиловцев повела с вражескими танками свой смертный четырехчасовой бой, генерал Панфилов успел перебросить на левый фланг все остатки своей артиллерии, сняв их с правого фланга. А командарм К.К.Рокоссовский срочно двинул на помощь дивизии две танковые бригады. 33-я бригада устремилась к ее левому флангу, а 23-я вышла в район Деньково и заняла там жесткую оборону, чтобы начавшей отступать с боями дивизии было за что зацепиться и занять новую линию обороны. Кроме того, дивизии был сразу выделен страшный дефицит тех дней – 18 противотанковых ружей, которые генерал Панфилов тоже немедленно переправил на левый фланг.

В 3-х томном исследовании Генштаба «Разгром немецких войск под Москвой», изданном под редакцией маршала Б.М.Шапошникова в 1943 году, было отмечено, что панфиловцы «нанесли противнику крупный урон, выведя из строя 50% всех наступавших танков». А что касается места этого боя 28-ми в битве за Москву, в нем недвусмысленно сказано: «Славный бой этих героев у разъезда Дубосеково явился не только подвигом мужества; он имел крупное тактическое значение, так как задержал продвижение немцев на много часов, дав возможность другим нашим частям занять более удобные позиции, не допустить прорыва массы танков противника на шоссе и позволил организовать противотанковую оборону в этом районе».
Reichstag 20081023

И врагу никогда не добиться...

28 ноября 1941 года в «Красной звезде» была напечатана передовая статья «Завещание 28 павших героев», написанная 31-летним Александром Кривицким. Статья начиналась словами: «В грозные дни, когда решается судьба Москвы, когда вражеский натиск особенно силен, весь смысл жизни и борьбы воинов Красной армии, защищающих столицу, состоит в том, чтобы любой ценой остановить врага, преградить дорогу немцам. Ни шагу назад — вот высший для нас закон. Победа или смерть — вот боевой наш девиз». Появлению статьи также предшествовали крайне драматические события на Западном фронте, которым командовал Жуков.

Утром 26 ноября немцы начали наступление на Ново-Иерусалимский монастырь, под прикрытием тумана крупная группа эсэсовцев ворвались в монастырь. Затем дивизия «Рейх» попыталась ворваться в Истру с запада. И лишь около полудня перешла в наступление с севера 10-я танковая дивизия от деревни Андреевское. Главную опасность представляли танки. Когда-то, еще в начале ноябрьских боев, К.К. Рокоссовский советовал А.П. Белобородову: «Выбивай у них танки. Главное – танки». Белобородов следовал этому совету, имея в составе противотанковую артиллерию, он вовремя направлял ее на танкоопасные направления.

До позднего вечера 26 ноября 10-я танковая дивизия немцев, наступая от деревни Андреевское, между рекой и лесом, стремилась овладеть территорией у истринской больницы. Танки шли в атаку в сопровождении многочисленной мотопехоты. Их встречала наша артиллерия. А.П. Белобородов вспоминал: «Сорок орудийных стволов били по танкам. Гремели выстрелы, стучали откаты, звенели стреляные гильзы. Снаряды крушили броню, дробили гусеничные траки. На поле боя горели изуродованные вражеские танки, остальные откатывались на исходные позиции. А час спустя, после очередного налета пикирующих бомбардировщиков и артобстрела, все повторялось сначала». Оборону там держали, в основном, бойцы 40-го батальона.

Весь день фашистская авиация висела под Истрой, тяжелая артиллерия методично, квадрат за квадратом обстреливала город. Горели целые улицы – дома и деревянные тротуары. Хаос огня, дым, рвущиеся снаряды, падающие стены – это Истра 26 ноября.

Была уже полночь, а бой не затихал. Немецкие танки с северо-востока обходили Истру. С церковной колокольни А.П. Белобородов видел огненное полукольцо переднего края. Оно, глубоко охватывая Истру, заметно приближалось к Волоколамскому шоссе. Связи со штабом армии не было. И Белобородов принимает решение сам – оставить Истру и занять шоссе. Центр и правый фланг дивизии отошли на 2–3 км, в целом оборона оставалась устойчивой. На рассвете 27 ноября позвонили, наконец, из штаба армии. Разговор был коротким:
– Сдал Истру?
– Сдал...
– Нехорошо. А еще гвардеец! Ты Истру сдал, ты ее и возьмешь!

Так в 78-ой дивизии стало известно, что она стала 9-ой Гвардейской. Взяв Истру, немцы сожгли ее почти дотла. Страшную картину являли собой развалины взорванного ими бывшего Ново-Иерусалимского монастыря. Немецко-фашистские захватчики, встречая все более упорное и нарастающее сопротивление на подступах к Москве, неистовствовали в бессильной ярости, вымещая злобу на мирном населении.

Утром 27 ноября фашисты обрушили на Степаньково минометный огонь, затем двинулись 27 танков. Гвардейцы-танкисты, притаившись в засадах, сохраняли выдержку. Только когда до вражеских машин оставалось 150–200 метров, они открыли уничтожающий огонь. Завязался жесточайший бой, в котором наши танкисты оказались победителями. Фашисты откатились назад, оставив с десяток противотанковых орудий и несколько танков. Не прошло и получаса, как на Степаньковский лес, где находились в засаде катуковцы, налетели 18 пикировщиков. После мощной бомбардировки на Степаньково снова двинулись фашистские танки. И опять они напоролись на сокрушительный огонь сменивших позиции гвардейцев-танкистов.

Атаки танковых групп так взбесили гитлеровцев, что они бросили на боевые порядки 1-й гвардейской танковой бригады М.Е. Катукова 30 пикировщиков. Зенитчики бригады встретили воздушную эскадрилью, когда она появилась над деревнями Адуево и Лисавино. Первыми же снарядами они сбили три немецких самолета.

В ночь на 29 ноября 1-я гвардейская танковая бригада по приказу командарма заняла новый рубеж по линии Каменка – Баранцево – Брехово. До Москвы оставалось 40 километров. За две недели непрерывных боев гвардейцы Катукова уничтожили 106 танков, 16 тяжелых и 37 противотанковых орудий, 16 минометов, 3 минометные батареи, 8 тягачей, 55 автомобилей, 51 мотоцикл, до трех полков живой силы противника, разбили 13 дзотов, 27 пулеметных гнезд. У бригады вышло из строя 33 танка, из них безвозвратно было потеряно 7, а 26 отремонтировано и возвращено на передний край обороны.

Последующие четыре дня – с 28 ноября по 1 декабря шли постоянные бои дивизии генерал-майора Белобородова с танковыми соединениями немцев. Непрерывно атакуя, немцы пытались прорвать фронт 9-ой Гвардейской дивизии на правом фланге: 28 ноября немцы бросили в бой 45 танков. 29 ноября – 60 танков. 30 ноября и 1 декабря – столько же. Потеряв около 20 танков, прорвать оборону дивизии немцы не смогли. Дивизия, ведя напряженные бои, медленно отходила вдоль Волоколамского шоссе. За четыре дня ее правый фланг отошел на восток на 5–6 км, центр на 8–9 км, левый фланг на 5–6 км. Немецкие танки на направлении главного удара продвинулись по 3–4 км в сутки. Такой темп наступления считается низким для пехоты, а для танков тем более. 30 ноября немцы заняли Дедово, Петровское, Селиваниху, Снегири.Collapse )

5 декабря наступило затишье. Противник выдохся. Оборонительный период Московской битвы закончился.
JKL Informatique

Подвиг взвода младшего лейтенанта Кульчицкого

,



27 ноября 1941 года в «Красной звезде» была напечатана статья Василия Коротеева «Гвардейцы Панфилова в боях за Москву». Она начиналась словами: «Десять дней, не стихая, идут жестокие бои на Западном фронте. Особенно мужественно и умело сражаются с врагом наши гвардейцы. Гвардейцы умрут, но не отступят».

Появлению статьи предшествовал окрик командующего Западным фронтом Жукова на командующего 16А Рокоссовского в шифрованной телеграмме от 20 ноября 1941 года: «Войсками фронта командую я! Приказ об отводе войск за Истринское водохранилище отменяю, приказываю обороняться на занимаемом рубеже и ни шагу назад не отступать. Генерал армии Жуков».

В результате этого конфликта двух будущих кавалеров ордена «Победа», как написал в своих мемуарах «Солдатский долг» маршал Рокоссовский: «противник отбросил наши части на левом крыле на восток, форсировал с ходу Истру и захватил на её восточном берегу плацдармы. Одновременно был нанесен удар из района Теряевой Слободы, и немецкие танки с пехотой двинулись к Солнечногорску, обходя Истринское водохранилище с севера».

Collapse )

26 ноября взвод младшего лейтенанта Николая Кульчицкого у деревни Ефимоново (Бужаровское поселение – прим. автора) повторил подвиг героев-панфиловцев , преградив путь немецкой танковой колонне. К сожалению, в то страшное для столицы время на этот подвиг не обратили внимания. Но этот подвиг полностью сравним с подвигом панфиловцев, и произошло это на нашей, истринской земле.

При отходе 18-й стрелковой дивизии народного ополчения на восточный берег Истры, было принято решение оставить заслон. В деревне Ефимоново, неподалёку от моста через реку Истра, подразделение 365-го стрелкового полка заняло оборону. Это был взвод химической защиты, которым командовал младший лейтенант Николай Кульчицкий. Во взводе было 36 солдат, вооружённых винтовками и гранатами. Были также две подводы с «коктейлями Молотова».

Вскоре у моста появилась колонна из 40 немецких танков. Когда колонна вошла в Ефимоново, бойцы химвзвода, действуя из-за домов, подожгли головную и хвостовую машины. Затем из-за каждого укрытия начали лететь бутыли с зажигательной смесью.

Немцам пришлось отойти, бросив до двадцати подбитых и обездвиженных машин. Но немецкая пехота продолжала медленно и планомерно выбивать бойцов химвзвода. Даже после гибели офицеров оставшиеся в живых солдаты продолжали стрелять, используя любое укрытие. Немцам пришлось открыть огонь из минометов.

К концу дня все было кончено. От заслона осталось трое тяжелораненых бойцов, которых спрятали местные жители, но цель была достигнута – немцы не прошли к Истре. 18-я дивизия, укрепившись на восточном берегу, смогла удержаться ещё два дня, не пропустив немцев.

В Ефимоново, на месте боя взвода Кульчицкого, ветераны 11-й гвардейской дивизии (бывшей 18-й дивизии народного ополчения) поставили памятник – бетонный блиндаж. На блиндаже закреплены плиты с именами погибших, а по периметру памятника высадили 36 березок – по числу всех участников заслона. Погибшие герои похоронены в братской могиле в селе Бужарово.
Красная площадь

очередное лукавство бойца ташкентского фронта к.и.н. Исаева

спор у этого чела вышел с Борисом Юлиным

о потерях в Смоленском сражении

и к.и.н. Исаев лихо насчитал соотношение потерь 1:20 в пользу супостатов



американцы пишут: убито 29650 немцев и 186144 бойца РККА - соотношение 1:6,278; ранено 100327 немцев и 273803 бойца РККА - соотношение 1:2,729; пленено 5682 немца и 300000 бойцов РККА - вот отсюда у к.и.н. Исаева и вылезает лукавая цифра

1:6,3 - это реальность, 1:20 - это неуклюжая попытка лизнуть фашистский сапог

лизать к.и.н. Исаеву - не привыкать

попавшие в оперативное окружение западнее, севернее и восточнее Смоленска 16-19 июля 1941 года 20 стрелковых дивизий 2-го эшелона РККА, входившие в 16А (М. Ф. Лукин), 19А (И. С. Конев) и 20А (П. А. Курочкин) - это оперативная ошибка командования РККА, т. е. прежде всего Ставки Верховного командования, СНК и НКО, возглавляемых тов. Сталиным

16А и 20А основными силами вышли из окружения

от 19А остались управление армии с полком связи и сам Конев
Красная площадь

бойцу ташкентского фронта к.и.н. Исаеву

Врагов советского народа нужно назвать всех поимённо.

Состав Главного военного совета Красной армии, просуществовавшего до 23 июня 1941 года:

Председатель ГВС КА:

Народный комиссар обороны Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко.

Члены ГВС КА:

Маршал Советского Союза Будённый С. М. (Первый заместитель наркома обороны, Командующий Группой армий РГК)

Маршал Советского Союза Шапошников Б. М. (Заместитель наркома обороны)

Маршал Советского Союза Кулик Г. И. (Заместитель наркома обороны по артиллерии)

генерал армии Жуков Г. К. (Заместитель наркома обороны, начальник Генерального штаба)

генерал армии Мерецков К. А. (Заместитель наркома обороны по боевой подготовке)

генерал армии Павлов Д. Г. (Командующий войсками Западного Особого военного округа)

генерал-лейтенант авиации Жигарев П. Ф. (Начальник Главного управления Военно-Воздушных Сил КА)

Жданов А. А. (Член Политбюро ЦК ВКП(б))

Маленков Г. М. (Член Политбюро ЦК ВКП(б)).

23 июня 1941 года ГВС КА был упразднён и заменён Ставкой Главного Командования, образованной постановлением СНК СССР (Председатель СНК СССР И. В. Сталин.) и ЦК ВКП(б) (Секретарь ЦК ВКП(б) И. В. Сталин).

Исаев, некомпетентность Жукова, Тимошенко, Кулика и Ворошилова накануне войны заключалась в том, что имеющиеся у границы вооружения (танки, пушки, самолёты) не были обеспечены возобновляемыми ресурсами, необходимыми для ведения боевых действий в течение продолжительного времени. Чем и как, например, были обеспечены 1000 танков 6 мехкорпуса? Где и как они должны были брать горючее и боеприпасы? Была ли разработана соответствующая схема снабжения? Чем и как должен был быть накормлен каждый экипаж? Куда и как нужно было отправлять раненых? Все эти вопросы накануне войны не были проработаны. То же самое было с артиллерией и авиацией. И, главное, операции по сдерживанию врага не были проработаны и не были обеспечены резервами. Это и означает, что КА к войне с немцами не была готова, и вина за это, прежде всего, лежит на Главном военном совете, который был ликвидирован уже 23 июня 1941 года.

Я хочу знать, Исаев, почему Сталин накануне войны заменил Мерецкова на Жукова и Мерецкова арестовал, почему он заменил Рычагова на Жигарева и Рычагова арестовал, хочу знать, почему он доверял Будённому и Кулику и не доверял Павлову, почему членами ГВС были Жданов и Маленков, а ты несёшь со сцены какую-то чушь про производство бронебойных снарядов. Если 200000 76-мм бронебойных снарядов разделить на 3000 немецких танков, то получится по 66 на каждый, т.е. каждый танк можно подбить как минимум 20-30 раз.

Наиважнейшей причиной поражений лета 1941 года является запрет Сталина на приведение армии в боевую готовность в начале июня 1941 года.
Красная площадь

75-я годовщина победы Красной Армии в битве за Сталинград

Срочная
По телеграфу Бодо.


Москва, Верховному Главнокомандующему
Вооруженных сил С.С.С.Р.

Тов Сталину.

Бывший командующий 6 Немецкой Армией,
генерал-полковник танковых войск, ныне
генерал-фельдмаршал ПАУЛЮС, и начальник
штаба 6-ой Немецкой Армии, генерал-майор
Шмидт, со своим штабом сдались нашим
войскам в плен и в 13.00 31.1.43 прибыли
в штаб 64 Армии, откуда направляются
в штаб Донского фронта.

Командование южной группой, ПАУЛЮС, передал
командиру 71 п.д. генерал-майору (фамилия
уточняется), который дал приказ войскам
южной группы о прекращении боевых
действий и сам также сдался в плен.

Боевые действия южной группы прекратились,
производится ее прием в плен.
Паулюс отказался дать приказ север-
ной группе о прекращении боевых дей-
ствий, мотивируя тем, что он ею не
командует. Северная группа войск
противника продолжает оказывать упорное
сопротивление.

Командующий войсками
Донского фронта
генерал-полковник
(Рокоссовский)

член Военного Совета
Донского фронта
генерал-майор
(Телегин)

Начальник штаба фронта
генерал-лейтенант
(МАЛИНИН)

0072/оп
16.10 31.1.43.
Красная площадь

Подвиг старых артиллеристов


В трудные дни обороны Москвы на участке Солнечногорск — Красная Поляна, который обороняла 16-я армия Рокоссовского, произошёл уникальный случай применения артиллерийских орудий времён русско-турецкой войны. В те дни Рокоссовский обратился к Жукову с просьбой срочно помочь противотанковой артиллерией. В резерве у Жукова ничего не было, тот обратился за помощью к самому Сталину. Сталин же предложил Рокоссовскому отобрать немного учебных орудий у артиллерийской академии имени Ф. Э. Дзержинского. Действительно, еще в 1938 году из Ленинграда в Москву была переведена артиллерийская академия, основанная в 1820 году.

Но, как оказалось, в октябре 1941 года её материальная часть была эвакуирована в Самарканд. В Москве остался только личный состав - около сотни старорежимных военных специалистов, которых по возрасту в действующую армию уже не брали. Один из этих дедов хорошо знал местоположения артиллерийских арсеналов в Москве и в ближайшем Подмосковье, где были законсервированы очень старые артиллерийские системы. История не сохранило имени этого человека, но в течение суток было сформировано несколько огневых батарей противотанковой обороны большой мощности.

Для борьбы с германскими средними танками подобрали старые осадные орудия калибра 42 линии и шесть дюймов, которые использовались еще при освобождении Болгарии от турецкого ига. После окончания войны по причине сильной изношенности стволов орудия эти доставили на Мытищинский арсенал, где они хранились в законсервированном виде. Стрельба из них была небезопасна, но 5-7 выстрелов они еще сделать могли.

Для 42-линеек снарядов было достаточно, а вот для шестидюймовок родных снарядов не оказалось.
Зато на Сокольническом артиллерийском складе имелись в большом количестве трофейные английские осколочно-фугасные снаряды фирмы Виккерс 6-дюймового калибра и массой 100 фунтов, то есть чуть более 45,4 килограмма. Там же имелись капсюли и пороховые заряды, отбитые в гражданскую войну у интервентов. Все это имущество хранилось с 1919 года настолько аккуратно, что вполне могло использоваться по прямому назначению.

Вскоре сформировали несколько огневых батарей тяжелой противотанковой артиллерии. Командирами орудий стали те самые старые артиллеристы, которые участвовали ещё в русско-японской войне, а прислугой ученики 8-10-х классов московских специальных артиллерийских школ. Орудия не имели прицелов, поэтому было решено стрелять только прямой наводкой, наводя их на цель через ствол. Для удобства стрельбы орудия врыли в землю по самые ступицы деревянных колес. Германские танки появились внезапно. Первые выстрелы орудийные расчеты сделали с дистанции 500-600 м.

Германские танкисты вначале приняли разрывы снарядов за действие противотанковых мин – взрывы были такой силы, что при разрыве 45-килограммового снаряда вблизи танка последний переворачивался набок или становился на попа. Но вскоре стало ясно, что в упор бьют из пушек. Попадание снаряда в башню срывало ее и отбрасывало на десятки метров в сторону. А если шестидюймовый снаряд осадной пушки попадал в лоб корпуса, то он проходил танк насквозь, круша все на своем пути. Немецкие танкисты пришли в ужас – подобного они не ожидали. Потеряв роту из 15 танков, танковый батальон отступил.

Германское командование посчитало происшествие случайностью и направило другой батальон иным путем, где он также напоролся на противотанковую засаду: Немцы решили, что русские применяют какое-то новое противотанковое оружие невиданной ранее мощи. Наступление противника было приостановлено на всём фронте 16-й армии, и Рокоссовскому удалось выиграть несколько суток, в течение которых прибыло пополнение, и фронт стабилизировался. 5 декабря 1941 года наши войска перешли в контрнаступление и погнали фашистов на Запад.
рукописи не горят

Для лакеев нет героев



22 июня 2015 года на Всемирном конгрессе русской прессы в Москве Сергей Мироненко, занимавший в то время пост директора Государственного архива Российской Федерации, назвал подвиг 28 панфиловцев мифом: «никаких 28 панфиловцев, остановивших в бою под Дубосековом 50 немецких танков, на самом деле не было», а 8 июля 2015 года справка-доклад военной прокуратуры была опубликована на сайте Государственного архива Российской Федерации.

При изучении справки-доклада бросаются в глаза ее недостатки, те самые «белые нитки», которые обнаружил А.А. Жданов, но не сумел выявить доктор исторических наук, профессор Сергей Мироненко: поверхностность, небрежность и тенденциозность аргументации военных прокуроров в 1948 году.
рукописи не горят

история поиска пилота, не вернувшегося с боевого задания 16 июля 1943 года у Белгорода


26 сентября 2015 г. БРОО ИПК «Огненная дуга» г. Белгород и ЛООО экспедиционный клуб «Неунывайки» г. Липецк в третий раз попытались докопаться до самолёта Як, упавшего 16 июля 1943 г. в Прохоровском районе Белгородской области в урочище Покровка между современными деревнями Плота и Ржавец. По рассказам местных жителей с этого самолета был парашютист, снесло его к соснам ближе к Шипам. Через пару дней, куда снесло парашютиста, обнаружили мертвого летчика, там и прикопали его.

29 сентября 2015 г. поисковики обнаружили и подняли 12 цилиндровый двигатель с пушкой, на блоке цилиндров справа обнаружен номер 46-22, на двигателе кроме того читается номер 3 27 09. Двигатель принадлежал самолёту Як-7б 46-й серии. На блоке цилиндров найден номер 325-206. Як-7б №4615322 был выпущен на заводе №153 (г. Новосибирск) 11.6.43 с мотором №325-206.

Прибор высоты застыл на отметке 740 метров, по обломанным стрелкам бортовых часов самолета видно время гибели 7 часов.

7 октября 2015 г. была установлена принадлежность самолёта к 183 ИАП и временные рамки его гибели с 15 по 21 июля 1943 г. На следующий день Борисом Давыдовым из Москвы была найдена выписка из ЦАМО фонд 294 иад, опись 1, дело 8 «Оперативные сводки 294 иад за 1943 г.» л.154:

Оперсводка №0122 штаб 294 иад Красная Поляна к 20.00 16.7.43 г.
... 183 иап - в течение дня 16.7.43 г. непосредственным сопровождением до цели и обратно прикрывал бомбардировщиков Пе-2 1 бак в район Озеровский, Калинин, Беленихино. Патрулированием в воздухе прикрывал наземные войска в районе Правороть, Шахово, Шалоково, Гнездилово. Дежурством на земле в готовности №1 – 5 самолетов прикрывал аэродром Красная Поляна.
…Проведен 1 воздушный бой, сбито 4 Ме-109.
…Не вернулись с боевого задания мл. лейтенант Лепехин, Як-7б №4622 и сержант Карпенко самолет №34123.


Так было установлено, что пилотом найденного самолёта был мл. лейтенант 183 ИАП Лепехин Николай Ильич 1922 г. рождения.


14 октября 2015 г. Борис Давыдов нашёл выписку из Приказа 183 иап №015 от 21.7.1943:

...Самолет Як-1б №34123 с мотором М-105пф №315-414 и
-"- Як-7б №4615322 -"- №325-206, как
не вернувшийся с боевого задания из боевого состава полка исключить.
основание: Рапорт ком-ров 2 и 3 аэ от 16.7.43.